11.03.2016

Ане Барановой оплачена операция



26 февраля здесь на сайте и в «МК» мы рассказали историю девятимесячной Ани Барановой из белорусского города Чашники. Малышка родилась такой слабенькой, что ее сразу забрали в отделение интенсивной терапии. Она не могла самостоятельно есть и дышать. Девочке поставили страшный диагноз – врожденная аномалия строения кишечной стенки. И ее борьба за жизнь началась в стеклянных стенках кувеза. За свои девять месяцев малышка уже перенесла две операции и сейчас готовится к третьей. Хирурги Детской городской клинической больницы № 13 имени Н.Ф. Филатова в Москве готовы прооперировать Аню, но для граждан Белоруссии лечение платное. Счет, который выставила больница, для семьи Ани неподъемный: работает только ее папа, зарплата у него даже по белорусским меркам небольшая. Рады сообщить: вся необходимая сумма (539 821 руб.) собрана. Елена, мама Ани, благодарит читателей за помощь. Примите и нашу признательность, дорогие друзья.


26.02.2016

Анютины глазки

Девятимесячную Аню спасет срочная операция


Аня Баранова родилась такой слабенькой, что не могла самостоятельно дышать. Ее сразу забрали в отделение интенсивной терапии, подключили к аппарату искусственной вентиляции легких. После обследования девочке поставили страшный диагноз – врожденная аномалия строения кишечной стенки. И ее борьба за жизнь началась в стеклянных стенках кувеза.

– На пятый день, – рассказывает Елена, мама Ани, – меня вызвал врач: «Вы не волнуйтесь, но вашей дочке стало очень плохо. Возникло подозрение на язву желудка или перфорацию кишечника. Вероятно, врожденная аномалия. Сейчас ребенка будут смотреть хирурги». У меня земля ушла из-под ног.

– А после осмотра, – вспоминает Елена, – прозвучали страшные слова: у девочки энтероколит, начинается омертвление тканей. Ситуация критическая, надежды на то, что она выживет, почти нет. Оставалось только молиться.

Операция шла три часа. Девочке отключили отдел толстой кишки, а конец тонкой вывели на переднюю стенку брюшной полости – сформировали илеостому. Но самое главное, малышка справилась.

Реанимация новорожденных – это зона детского одиночества. Елену пускали три раза в день на несколько минут. Не погладить, не поцеловать, не дотронуться, а только смотреть. Ее больная девочка была похожа на сломанную куклу, опутанную трубками, зондами, проводами.

Аня пробыла в реанимации месяц. Все это время Елена ездила из дома, белорусского города Чашники, за сто километров в Витебск, где лежала Аня, чтобы услышать слова, к которым невозможно привыкнуть: «Состояние стабильно тяжелое». Но дочка жила, и каждый новый день отодвигал ее от края пропасти все дальше и дальше.

Через полгода планировалась операция по закрытию илеостомы, чтобы отключенная часть кишечника заработала и начала функционировать.

Когда Аню перевели в отделение для недоношенных, где мамы лежат вместе со своими детьми, Елена впервые смогла взять дочку на руки. Легкая, как пушинка, девочка таращилась на маму огромными серо-голубыми глазами. Это было счастье, несмотря ни на что.

Настал день, когда их выписали из больницы с условием набрать вес. Чтобы перенести следующую операцию, девочка должна весить не менее восьми килограммов. Здоровый ребенок тяжелеет по дням, но для крохи с илеостомой это задача не из легких. Наконец назначили день операции. Елена снова ждала под дверью операционной. Конечно, было страшно, но уже не так, как в первые дни. Появилась надежда, что все наладится.

Но через сутки после операции ребенку стало плохо. Аня не переставала плакать, Елена рыдала вместе с ней, потому что видела, как с каждой минутой девочке делается все хуже и хуже. Врачи подозревали отек кишечника, но на операцию долго не решались, потому что состояние маленькой пациентки было слишком тревожным.

– Ночью я подписала согласие на операцию, Аню экстренно забрали в операционный блок. Когда ее увозили, я умоляла врачей: «Делайте все, что нужно, лишь бы мой ребенок жил».

И вот вторая операция за двое суток. Опять резали и зашивали, опять выводили стому. Опять общий наркоз два с половиной часа. Реанимационная палата. И тяжелейшее осложнение – двусторонняя пневмония.

Жизнь продолжала испытывать маленькую Аню на прочность. Потому что врачи не могли поставить точный диагноз и не понимали, что делать дальше.

Елена испугалась и стала искать информацию о клиниках Москвы. Нашла сайт Детской городской клинической больницы (ДГКБ) № 13 имени Н.Ф. Филатова и обратилась туда. Московские врачи готовы прооперировать Аню, но для граждан Белоруссии лечение платное. Счет, который выставила больница, для семьи Ани неподъемный: работает только ее папа, зарплата у него даже по белорусским меркам небольшая. Помогите им, пожалуйста!

Елена Светлова
Фото Сергея Величкина


Детский хирург ДГКБ № 13 имени Н.Ф. Филатова Ольга Мокрушина (Москва): «У Ани врожденная аномалия строения кишечной стенки – болезнь Гиршпрунга. Девочке требуется операция: эндоскопическая реконструкция кишечника и закрытие стомы. Перед операцией необходимо обследование с проведением гистологического исследования толстой кишки для уточнения тактики хирургического лечения».

Цена операции 539 821 руб. Ученики 4 «Б» класса ГБОУ «Гимназия № 1554» (Москва) внесли 20 400 руб. Болельщики хоккейного клуба «Динамо» (Москва) в рамках акции «ПОБЕДА» собрали 20 526 руб. Наши читатели собрали 530 572 руб.

Дорогие друзья! Если вы решите помочь Ане Барановой, пусть вас не смущает цена спасения. Любое ваше пожертвование будет с благодарностью принято. Все необходимые реквизиты есть в Русфонде. Можно воспользоваться и нашей системой электронных платежей, сделав пожертвование с банковской карты или электронной наличностью, в том числе и из-за рубежа.

Экспертная группа Русфонда

Как помочь

    9:41все данные живые
    ФИО, диагноз
    Жора Геурков детский церебральный паралич, задержка развития, требуется лечение Не хватает 203 180 ₽
    Альбина Расулова состояние после трансплантации почки, требуется обследование Не хватает 137 049 ₽
    Илья Выжга детский церебральный паралич, требуется лечение Не хватает 212 496 ₽
    Кирилл Дергачев острый миелобластный лейкоз, спасет лекарство Не хватает 3 979 146 ₽
    Матвей Чепля врожденная деформация черепа, требуется лечение специальными шлемами Не хватает 118 992 ₽
    Ника Зяблова несовершенный остеогенез, синдром Брука, требуется курсовое лечение Не хватает 226 014 ₽
    Матвей Василенко двусторонняя тугоухость, требуются сверхмощные слуховые аппараты Не хватает 290 926 ₽
    Олег Бибик злокачественная опухоль лимфатической системы – лимфома Беркитта, спасет лекарство Не хватает 1 375 009 ₽
    Настя Гусева эпилепсия, требуется лекарство на четыре месяца Не хватает 59 568 ₽
    Марк Мясников деформация черепа, требуется лечение специальными шлемами Не хватает 147 043 ₽
    Катя Ядрец злокачественная опухоль ствола головного мозга – анапластическая эпендимома, требуется радиохирургическое лечение Не хватает 441 870 ₽
    Ибрагим Исраилов тяжелый врожденный порок сердца, спасет операция Не хватает 1 273 661 ₽
    ;