Набережная
в Амстердаме

Аня и Ирина, которые победили все

Артем Костюковский,
специальный корреспондент Русфонда

Рубрика АРТЕМА КОСТЮКОВСКОГО «Свои чужие дети» о том, как складываются отношения усыновителей с приемными детьми. В 2008 году в петербургском НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р.М. Горбачевой благодаря помощи Русфонда была проведена трансплантация костного мозга девятилетней Ане Федотовой, воспитаннице одного из детдомов Калининграда. Обратно в детдом Аня не вернулась, она осталась жить с Ириной Сигачевой, тогда волонтером благотворительного «Адвита», а сейчас – координатором Русфонда по донорству костного мозга.

Ирина Сигачева:

• Весной 2008 года это было. Звонят мне из «Адвиты»: «Ира, тут у нас девочка из Калининграда... У нее лейкоз, будут делать трансплантацию. Такая хорошая девочка, из детдома, между прочим. Не хочешь с ней познакомиться?» А я к тому моменту два года как похоронила сына. У него была сверхтяжелая апластическая анемия. Дважды запускали поиск донора костного мозга, но так и не нашли. Я очень тяжело пережила его смерть, только-только начала в себя приходить… Сгоряча ответила звонившей: «А ты вообще нормальный человек?»

Каждый, кто слышит историю Ани, сначала думает примерно так: сколько же испытаний выпало на долю одного ребенка.

Детский дом. Аня оказалась там в три года, когда ее кровную мать лишили родительских прав.

Рак крови. В четыре года у Ани диагностировали острый лимфобластный лейкоз. Несколько циклов химиотерапии. Болезнь, казалось бы, ушла, но вернулась. Директор детдома написала письмо с просьбой о помощи в Русфонд. Так Аня оказалась в Петербурге, где медики «Горбачевки» трансплантировали ей донорский костный мозг.

Реакция «трансплантат против хозяина» (РТПХ). Болезнь победить удалось, но непростой ценой: РТПХ со временем перешла в склеродермию – кожа девочки потеряла эластичность, стала очень тонкой. Однажды во время прогулки Аня споткнулась и упала. Ирина инстинктивно схватила ее за руку. У Ани лопнула кожа вокруг плеча, глубина раны – полтора сантиметра. Когда зашивали, она кричала на всю больницу: из-за РТПХ невозможно было использовать катетер, и операцию делали под местной анестезией.

Ирина Сигачева:

– В общем, я сказала, что не буду ни с кем знакомиться. Но информация все равно засела в голове. Я издали следила за Аней. Знала, что ей сделали трансплантацию, что наняли сиделку. А потом узнала, что с этой сиделкой произошел несчастный случай, и что девочке срочно разыскивают новую. А у меня же есть опыт ухаживания за такими детьми. Ну, я и пришла к ней. Смотрю – лежит такой затравленный волчонок. Не встает. Не говорит. Не ест. Отвернулась к стене и бесшумно, как все детдомовские дети, плачет. Пришла к ней на второй день, на третий. Бульон ей варила, потихоньку начала есть, по ложечке. Потом, когда стало чуть получше, даже рисовать начала. А потом я поняла – все. Надо ее вытащить, спасти. И я сделаю это. Осторожно спросила у Ани: а хочешь, я всегда буду за тобой ухаживать? И она кивнула. Как меня отговаривали родственники! «Зачем тебе это?», «Ты с ума сошла!». Но я никого не слушала. Самое главное – мне надо было как-то сообщить о своем решении Василию. Это мой второй муж, мы тогда еще даже не были зарегистрированы. А с первым мы расстались, когда заболел сын. Я все время проводила с сыном по больницам, а муж, как выяснилось, все это время проводил… скажем так, не один. Так вот, я сказала Василию: «На одной чаше весов ты, на другой Аня, и Аня перевешивает, я ничего с собой не могу поделать. Я буду с Аней, а ты сам решай». Он думал неделю. Потом сказал: «Девчонки, я с вами».

Кстати, Аня теперь не Федотова. И даже не Сигачева. Аня теперь Бурилова – это фамилия Василия. Отца.

История Ани – не только история постоянной борьбы, но и история побед. Побед самых разных. Захотела полетать в аэродинамической трубе – уговорила родителей и полетела.

Начала заниматься стрельбой – сразу же сплошные «десятки» и «девятки». Поехала в Москву на Всемирные игры победителей – это состязания, которые проводятся для детей, победивших онкологические заболевания. Участвовала в легкоатлетическом забеге и вернулась с золотой медалью. А потом Аня участвовала в международном конкурсе детского рисунка, организованном американской благотворительной организацией The Max Foundation. Нарисовала одну из набережных Амстердама. Она не была в этом городе, но полюбила его по фотографиям. Отправила, особо ни на что не надеясь. Победителя определило интернет-голосование, и большинство проголосовало за ее рисунок. Аня получила первое место и приз – $500. Но главной наградой стала поездка в Амстердам, которую ей устроили родители.

Ирина Сигачева:

– Мы пообещали Ане, что если она займет на конкурсе первое место, мы на день рождения отвезем ее в Амстердам. Слово надо держать. Поскребли по сусекам и поехали. Еще в России я списалась с амстердамскими гидами. Откликнулась некая Светлана. Она вышла замуж за голландца, живет в Амстердаме уже много лет. Я ей рассказала нашу историю. Она попросила прислать копии диплома победителя и Аниного рисунка, я отправила. Она ответила: «К сожалению, меня не будет в это время в городе. Но не беспокойтесь – мои подруги уже в очереди на вас».

В итоге у нас каждый день был новый гид, и никто не взял с нас денег. А муж этой Светланы, Тео, бесплатно предоставил нам в день рождения Ани свою яхту. Аня нарисовала эти дома по какой-то фотографии, мы не знали ни улицы, ни района, ничего. Думали попытаться найти это место, но потом поняли, что бесполезно: там весь город в таких домах, очень уж они похожи. И вот в один из дней пошли в Государственный музей, идем по набережной и вдруг видим – вот же это место! Стоим-смотрим – и вдруг, несмотря на солнечную погоду, пошел дождь, и на небе появилась радуга. Просто чудеса. Как мы были счастливы!

Помочь детям