Максиму Липчану оплачено внутривенное питание

Увидеть северное сияние

Максима Липчана спасет внутривенное питание

Мальчику пять месяцев. У него синдром короткой кишки. За свою жизнь Максим уже перенес четыре тяжелейшие операции. У него удалена часть тонкого и толстого кишечника. В результате обычную пищу организм не усваивает, необходимо внутривенное питание. Для Максима это вопрос жизни и смерти. Но питание стоит очень дорого и бюджетом не оплачивается.

Как помочь

Влада, мама Максима, родилась в Западной Сибири, на полуострове Ямал. Когда она училась в старших классах, в Молдавии заболела ее бабушка. За бабушкой нужен был уход, и Влада с мамой и младшим братом переехали в Молдавию, да там и остались жить, будучи при этом гражданами России.

Родной Ямал навсегда остался в памяти Влады сказочной страной, где небосвод переливается северным сиянием – синими, зелеными, бирюзовыми всполохами.

Владе 18 лет. Внешне ее можно было бы принять за школьницу, если б не взрослый взгляд огромных глаз, то и дело закипающих слезами… Когда Влада была беременна, во время очередного УЗИ врач заметил, что кишечник у ребенка расширен. Будущую маму успокоили: все рассосется, в крайнем случае будет небольшая непроходимость, которую быстро устранят. А через две недели Максимка уже появился на свет в кишиневском Центре матери и ребенка. В первый день ребенок почти не ел, проглотил лишь несколько капель молока, после чего у него начались приступы рвоты с зеленью. Мама тут же забила тревогу, но врачи говорили ей, что малыш так адаптируется к новому питанию.

На следующее утро при осмотре педиатр заметила, что у ребенка живот «как камень». Максима в тот же день забрали на операцию. Она длилась около пяти часов. Мальчику удалили почти весь тонкий кишечник. На живот вывели стому. О том, что вырезали и часть толстой кишки, молодой маме даже не сообщили. Прогнозы были самыми печальными: у ребенка почти нет шансов.

В реанимации малыш провел около трех недель. Он таял на глазах.

Питание не усваивалось, мальчика постоянно рвало, он жил на капельницах. Но врачи будто поставили крест на крошечном пациенте: не назначали ни рентгена, ни УЗИ – ничего.

– К нам уже практически не заходили. Иногда заглянут: «Рвало?» – «Да, рвало!», и дверь закрывалась. Они словно ждали, пока мой сын умрет, – у Влады дрожит голос. – Я поняла, что потеряю ребенка, и начала искать в интернете клинику, где лечат синдром короткой кишки. У меня же российское гражданство, на родине должны помочь! Дозвонилась в московскую Филатовскую больницу и попала на профессора отделения хирургии новорожденных Ольгу Мокрушину. В тот же день мне прислали приглашение на плановую госпитализацию.

И только тогда в кишиневской больнице засуетились. Сделали Максиму рентген и УЗИ и начали отговаривать Владу от поездки в Москву. Препятствовали во всем: не дали выписку из истории болезни, отказались выдать справку для российского посольства, чтобы ускорить оформление свидетельства о рождении и загранпаспорта. Молодую маму пугали полицией: мол, ее действия угрожают жизни ребенка, так как он в тяжелом состоянии и может не перенести перелет. Дошло до того, что в день выписки Максиму отключили капельницу и малыш несколько часов не получал физраствор.

– В посольстве России мне сделали все документы буквально за 15 минут. Когда в окошко протянули паспорт и свидетельство о рождении Максима, я разревелась. Утром мы полетели в Москву.

В Филатовской Максим сразу попал на операционный стол. Хирургам открылась страшная картина: кишечник в месте анастомоза – соединения толстого и тонкого кишечника – был перекручен, это и стало причиной непроходимости. К тому же образовалось множество спаек. Врачам пришлось выводить две стомы на живот.

– После операции сыночку сразу стало лучше, – говорит Владлена. – Прекратились приступы рвоты. Максимка теперь активный, требует внимания, улыбается, агукает, переворачивается – познает мир.

Через два месяца малышу выполнили плановую реконструкцию кишечника, убрали стомы и поставили катетер постоянного ношения для введения внутривенного питания. За два месяца в Филатовской больнице Максим уже набрал два килограмма.

– Когда сын выздоровеет, я отвезу его на Ямал, чтобы он увидел северное сияние, – мечтает Влада. – А сейчас его жизнь полностью зависит от лечебного питания, которое мы не можем оплатить. Но я верю, что Максиму помогут!

Елена Светлова,
Москва
Фото Сергея Величкина

Педиатр Детской городской клинической больницы №13 имени Н.Ф. Филатова Елена Костомарова (Москва): «Максим поступил к нам в состоянии сильного истощения с симптомами кишечной непроходимости. Ребенку была проведена операция по экстренным показаниям, во время которой выяснилось, что у него множественная атрезия (недоразвитие) тонкой кишки. В связи с выраженным спаечным процессом в брюшной полости ребенку была выведена стома. В январе Максиму выполнили вторую – реконструктивную – операцию на кишечнике. В ближайшие месяцы ребенку по жизненным показаниям необходимо внутривенное питание, со временем мальчик сможет питаться самостоятельно».

Стоимость внутривенного питания на полгода 1 389 150 руб. Читатели rusfond.ru и lenta.ru собрали 1 918 491 руб.

Дорогие друзья! Если вы решите помочь Максиму Липчану, пусть вас не смущает цена спасения. Любое ваше пожертвование будет с благодарностью принято. Все необходимые реквизиты есть в Русфонде.

Можно воспользоваться и нашей системой электронных платежей, сделав пожертвование с банковской карты или электронной наличностью, в том числе и из-за рубежа. А владельцы айфонов и андроидов могут отправить пожертвование через мобильное приложение. Скачать его можно здесь.

Экспертная группа Русфонда