Окклюдер для операции
Андрюше Антипову оплачен

Андрюша-робот

Шестилетнего Андрюшу Антипова спасет
операция на сердце

Андрюша родился в августе 2010 года, когда Москва задыхалась от смога. Роды у его мамы были скоротечные, на месяц раньше срока. Врачи в роддоме услышали шумы в сердце мальчика и рекомендовали показать его кардиологу. После детального обследования прозвучал страшный диагноз – порок сердца, причем один из самых тяжелых. Андрюша перенес сложную операцию на открытом сердце. Но осталось отверстие в межпредсердной перегородке, которое уже достигло 11 мм и продолжает расти. Жизнь мальчика снова в опасности.

Быть роботом – это так весело! Когда медсестра опутывает Андрюшу сетью проводов и приклеивает пластырем к груди разноцветные электроды, он хохочет от щекотки и пищит от восторга.

– А коробочку? Коробочку забыли? – дергает за рукав Андрюша знакомую медсестру.

– Не забыла, – улыбается она и вешает ему через плечо сумочку с регистратором.

– Все! Теперь я настоящий робот! – ликует мальчик.

А его мама Вика в этот момент почему-то бледнеет. Она ходит по пятам за своим «роботом» и по минутам записывает все, что он делает: прыгает, спит, играет, плачет, обедает… Ведет дневник сердца…

В Филатовской больнице Андрюшу знают с пеленок. Когда ему было полгода, мама пришла с ним на консультацию к кардиологу, чтобы уточнить диагноз. После выписки из роддома Вика показала малыша кардиологу в 67-й больнице, где ей сказали, что у ребенка один из самых тяжелых пороков сердца, несовместимых с жизнью. Ей даже запретили кормить сына грудью, потому что сердце ребенка может не справиться с нагрузкой.

Но Вика не верила. Даже когда во время плача у Андрюши синели губы и ногти, она надеялась, что это ошибка, и обратилась за консультацией в Филатовскую больницу.

За результатами обследования они поехали вместе с мужем.

– У вашего сына тетрада Фалло, – сказал доктор. – Это сочетание четырех пороков: большого дефекта межжелудочковой перегородки, сужения легочной артерии, аномального расположения аорты и увеличения правого желудочка.

В Филатовской больнице родителям предложили сразу сделать радикальную коррекцию порока.

К этому времени у Андрюши проявились все признаки тяжелого порока, который из-за дефицита кислорода в крови называют «синим». Во время плача у мальчика синели губы и ногти. Операция длилась около четырех часов. А потом родителей пригласили в кабинет к профессору.

– Мы сделали все возможное, – сказал он. – Пластику дефекта межжелудочковой перегородки, пластику ствола легочной артерии, пластику трикуспидального клапана, ушивание открытого овального окна. Коронарные сосуды были перекручены, поэтому операция длилась дольше обычного. А теперь все зависит от резервов организма вашего ребенка.

Андрюша лежал в реанимации трое суток. А потом к нему вернулась жизнь, он открыл глаза и увидел маму. Малыш заплакал, жалуясь на все, что ему пришлось пережить, но его губы больше не синели, а ноготочки оставались розовыми.

– Настоящий герой! – сказала медсестра. – Уже никто даже не верил, что ты выкарабкаешься.

– Почему никто? – удивилась мама, – Я верила.

В три года она отдала его в обычный садик.

– В детском саду один мальчик толкнул сына в грудь, – вспоминает Вика. – Воспитательница даже просила нас забрать Андрюшу из сада от греха подальше. Но старший сын Богдан сказал, что научит братика давать сдачи. И научил! Теперь младшего больше никто не обижает.

Андрюша никого не боится. Даже врачей. Когда у него берут кровь из пальца или сдирают с груди пластыри от электродов, он поет песни военных лет, про героев.

Голос у него звонкий и красивый. В детском саду учительница пения советует отдать мальчика в музыкальную школу.

Но в мае Андрюша пришел из детского сада и сказал, что у него болит сердце. Они с мамой поехали в Филатовскую больницу, опять играли в роботов и смотрели «фильм» про его сердце в кабинете УЗИ. А потом врач сказал, что маленькая дырочка в межпредсердной перегородке, которую специально оставили после операции, стала большой. Чтобы спасти сердце, ее нужно как можно скорее закрыть специальным имплантом – окклюдером.

В прошлом году из-за кризиса папу Андрюши отправили в бессрочный отпуск. На мамину зарплату дорогой окклюдер не купить. А маленькому сердцу все тяжелее качать кровь…

– Не плачь, мамочка, – успокаивает ее Андрюша. – Хочешь я спою тебе «Катюшу»?

Светлана Иванова,
Фото Сергея Величкина

Заведующий отделением кардиохирургии Детской городской клинической больницы № 13 имени Н.Ф. Филатова Владимир Ильин (Москва): «Андрюше в возрасте шести месяцев была сделана радикальная коррекция врожденного порока сердца – тетрады Фалло. У мальчика остался дефект межпредсердной перегородки, который поначалу был незначительным, но заметно увеличился с ростом ребенка. Сейчас сброс крови сквозь отверстие усилился и вызывает перегрузку сердца. Учитывая анатомическое расположение дефекта и уже перенесенную операцию, ребенку целесообразнее и безопаснее закрыть дефект эндоваскулярно с помощью окклюдера».

Цена окклюдера 292 252 руб.

Дорогие друзья! Если вы решите помочь Андрюше Антипову, пусть вас не смущает цена спасения. Любое ваше пожертвование будет с благодарностью принято. Все необходимые реквизиты есть в Русфонде.

Можно воспользоваться и нашей системой электронных платежей, сделав пожертвование с банковской карты или электронной наличностью, в том числе и из-за рубежа. А владельцы айфонов и андроидов могут отправить пожертвование через мобильное приложение. Скачать его можно здесь.

Экспертная группа Русфонда