Частично беспризорные

Откуда берутся сироты без статуса и зачем это государству

Русфонд возобновляет свой проект «Русфонд.Право», посвященный защите прав детей, в том числе детей, оставшихся без попечения родителей. Алексей Головань – юрист, правозащитник, глава благотворительного центра «Соучастие в судьбе» – разбирает эти сложные ситуации, обсуждает их с корреспондентом Русфонда и дает свои рекомендации.

Лиза Минина живет в Москве, с двух лет ее воспитывала бабушка. У Лизиной мамы тяжелое психическое заболевание, и заботиться о ребенке она не могла. Девочку передали под опеку бабушке и назначили все полагающиеся детям, оставшимся без попечения родителей, выплаты. Однако, когда Лизе исполнилось 18 лет, она вдруг узнала, что вовсе не считается сиротой и квартира, гарантированная государством, ей не полагается. Уже два года Лиза пытается отстоять свои права в суде, но пока безуспешно.

С мамой жить страшно

О том, что опека не ограничила ее маму в родительских правах, Лиза все эти годы не догадывалась, а чиновники из опеки ни с ней, ни с бабушкой этот вопрос не обсуждали. Жить вместе с матерью девушка не может и боится: кроме психического заболевания, у женщины хронический алкоголизм, она принимает психотропные вещества, а если спиртное или таблетки не на что купить, то может броситься на бабушку с кулаками или даже с ножом, требуя дать ей денег, – свое поведение она не контролирует.

– В суде опека говорила, что якобы с мамой все нормально, якобы они звонили какому-то врачу, – рассказывает Лиза. – Какому врачу? Есть же врачи, которые наблюдают маму, есть документы, выписки, диагнозы. Мне очень хотелось сказать этим женщинам из опеки: «Вы сами жили когда-нибудь с психически больным человеком? Вы представляете себе, что это такое? Это очень страшно!»

Диагноз Лизиной мамы включен в Перечень тяжелых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире, утвержденный приказом Министерства здравоохранения РФ от 29.11.2012 №987н.

Денег не жалко, но квартиру не дадим

Лиза между тем и сама уже стала мамой, ее дочке два года. Сейчас они живут в специализированном доме ребенка.

– Я только в доме ребенка и узнала, что мне полагается квартира, мне об этом рассказали тамошние юристы, – говорит Лиза. – А все эти годы опека молчала как рыба. А как мы с бабушкой могли об этом узнать? Мы же не настолько хорошо знаем все законы.

Молодая женщина уже два года пытается добиться права на жилье через суд. Однако и районный суд, и суд апелляционной инстанции ей отказали. Суд заявил, что Лиза неправильно понимает «нормы материального права»: если мать не была лишена родительских прав или не была ограничена в правах, то ребенок не считается сиротой.

Впрочем, и сам судья не очень понял, как ребенок мог быть передан под опеку с назначением всех льгот и социальных выплат, положенных сиротам, при матери, имеющей родительские права. На уточняющий вопрос судьи представитель опеки ответила: «А вам что, жалко денег?» Денег, видимо, было не жалко, а вот дать квартиру – жалко. Поэтому суд встал не на защиту прав Лизы и ее маленькой дочки, а на защиту городского бюджета от излишних, по мнению чиновников, расходов.

Сироты без статуса – печальная статистика

История Лизы не единственная. Специальная статистика не ведется, но, по данным благотворительного центра «Соучастие в судьбе», подобных случаев в России возникает 700–800 за год. Как пояснил Алексей Головань, причин тому несколько:

– Это неподготовленность специалистов органов опеки, которые принимают какие-то сиюминутные решения по передаче детей в сходных жизненных ситуациях под опеку, а потом пускают дело на самотек. Часто также такое происходит из-за смены сотрудников органа опеки и попечительства, когда новые сотрудники не принимают мер для юридического завершения того, что не сделали или не успели сделать их коллеги. Но в последнее время такие ситуации все чаще возникают: чтобы не предоставлять детям с не до конца оформленным, но фактически имеющимся статусом сирот весь пакет социальных льгот, гарантированных государством. Предоставление жилья – самая затратная статья бюджета. Все это связано с политикой государства по сокращению расходов на социальную сферу, включая и расходы на сирот.

По словам Алексея Голованя, в истории Лизы Мининой важно то, что ее мать из-за болезни не могла исполнять свои родительские обязанности, поэтому ребенок фактически остался без попечения родителей.

– Иногда ребенку могут назначить опекуна после обращения самих родителей – на определенный срок и по уважительной причине: командировка, необходимость госпитализации и так далее, – продолжает правозащитник. – Это так называемая временная опека. Но такая опека не устанавливается без срока и указания причины. В случае Лизы Мининой опека со стороны бабушки длилась более 15 лет – до совершеннолетия. Это никак не временная опека. Более того, институт опеки по заявлению родителей был введен Федеральным законом «Об опеке и попечительстве» от 24.04.2008 №48-ФЗ с 1 сентября 2008 года, когда Лиза уже находилась под опекой бабушки. Уверен, что дело Лизы Мининой неоднократно проверялось и Департаментом семьи и молодежной политики Москвы, и Департаментом социальной защиты населения Москвы, и районной прокуратурой. Девочке более 15 лет ежемесячно выделялись средства на содержание, которые предоставляются исключительно детям, оставшимся без попечения родителей. Невозможно представить, чтобы эти деньги из бюджета города выплачивались без какого-либо контроля.

Теперь у Лизы остался единственный шанс на восстановление справедливости и защиту ее жилищных прав – жалоба на имя председателя Верховного суда РФ В.М. Лебедева.