Чтобы Золушка попала на бал

Четырехлетнюю Лизу спасет дорогая комплексная операция

Лиза Хоменко, 4 года, нейрофиброматоз, ложный сустав левой голени, требуется хирургическое лечение в госпитале Святой Марии (Уэст-Палм-Бич, Флорида, США). Собрано 7 550 668  руб. Госпитализация в октябре–2019

Как помочь

Лиза – наша долгожданная и единственная дочка. Ее появление на свет стало для нас огромным счастьем. Вот только проблемы, обрушившиеся на малышку с первых месяцев жизни, совсем не детские. Родилась Лиза с хорошим ростом и весом, врачи говорили, что девочка крупная и здоровая, тогда нашей радости не было предела. Но я обратила внимание на то, что левая ножка у нее будто подвернулась. Медсестра меня успокоила – сказала, что переживать не стоит: это из-за напряжения мышц, и все можно исправить массажем. Но через две недели я для собственного спокойствия все-таки свозила дочку на рентген. Оказалось, что у Лизы врожденная деформация левой голени. Мы обратились в наш Нижегородский институт ортопедии, показали снимки. Врачи нас огорошили: сообщили, что у Лизы незавершенный ложный сустав – и сделать они ничего не могут, советуют только наблюдать и надеяться, что ножка сама выправится. Нам очень хотелось в это поверить!

Лиза росла спокойной, активностью не отличалась – вставать начала только в год, но передвигалась у опоры, потом, правда, стала бегать в ходунках. Гордо говорила: «Я хожу!» А в год с небольшим случился первый перелом, причем на ровном месте – дочь резко дернула ножками и страшно закричала. Я думала, что сойду с ума, такая боль была у нее в глазах. На скорой дочку отвезли в больницу, рентген показал трещину в кости, наложили гипс. Дополнительное обследование выявило у Лизы нейрофиброматоз – неизлечимое заболевание, при котором множественные опухоли поражают скелет и внутренние органы, переломы при такой болезни не срастаются. Но Лизочке в этот раз повезло: трещина срослась. Когда сняли гипс, нам посоветовали съездить на консультацию в Институт имени Турнера в Санкт-Петербурге. Там ортопед рекомендовал заказать ортез. Но его даже надеть не успели – дома во время купания произошел второй перелом, теперь уже со смещением, вот он никак не срастался. Мы начали искать врачей и клиники, где дочке могли бы помочь, писали в крупные медцентры. Но все ответы были как под копирку: прогноз неутешительный, операция почти бесполезна из-за высокого риска рецидива ложного сустава. Даже говорили об ампутации левой ноги. Доктор из Санкт-Петербурга предложил удалить ложный сустав и закрепить кость аппаратом Илизарова. Эту операцию провели, когда Лизе было три года. Вспоминаю, как это было, и слезы наворачиваются. Лизу привезли из операционной в этой конструкции: огромный аппарат на маленькой худенькой ножке.

Когда Лиза отошла от наркоза, она долго плакала, боялась смотреть на ножку, просила снять аппарат. Но потом привыкла, и домой мы поехали уже с надеждой, что мучились не зря и все будет хорошо. Пять месяцев дочка носила аппарат. Но когда наконец его сняли и сделали контрольный рентген, выяснилось, что кость разрушена в нескольких местах. А через месяц выяснилось, что у Лизы формируется новый ложный сустав. Нам предлагали только повторную операцию, а это очередное укорочение ноги, аппарат, гипс. Но нога у Лизы уже и так короче правой на 4,5 см, мышцы усохли, голень деформирована.

Еще до операции в Петербурге я узнала о докторе Дроре Пейли, детском хирурге-ортопеде из США, о нем рассказывали в передаче на «Первом». Через маму девочки, которую доктор Пейли оперировал в США (деньги им собирал Русфонд), узнала его адрес и отправила ему все наши снимки. Он вскоре ответил, что готов взять Лизу и, несмотря на наш неудачный опыт лечения, дает гарантию, что дочка будет не только ходить, но и бегать и даже заниматься спортом! Однако цена операции повергла нас в шок, нам никогда не собрать такой суммы, даже если продадим все, что у нас есть, включая жилье.

Лиза у нас умная и толковая девочка, уже знает все буквы, умеет считать, любит лепить, петь и рисовать. А еще очень любит танцевать – правда, пока танцует только у папы на руках. Наряжается в красивое платье и представляет себя Золушкой, которая танцует с принцем на балу…

Я никогда не думала, что буду просить о помощи, привыкла добиваться всего сама, но, видимо, пришел такой день.

Прошу вас, помогите спасти мою девочку от инвалидности.

Надежда Хоменко,
Нижегородская область
Фото из архива семьи
Подготовила Мария Стояновская



Стоимость хирургического лечения 7 396 767 руб. 961 000 руб. внесли участники автопробега MINI Drives Russia 2019. 6 589 668 руб. собрали наши читатели.

Дорогие друзья! Если вы решили спасти Лизу Хоменко, пусть вас не смущает цена спасения. Любое ваше пожертвование будет с благодарностью принято. Можно воспользоваться и нашей системой электронных платежей, сделав пожертвование с кредитной карточки или электронной наличностью, в том числе и из-за рубежа. А владельцы айфонов и телефонов на платформе андроид могут отправить пожертвование через мобильное приложение. Скачать его можно здесь.

Экспертная группа Русфонда